Движение в защиту прав избирателей. Наша цель — свободные и честные выборы в России. RU EN
Карта сайта Регионы Сервисы EN
Cover
Фото: «Общая газета»

Глава ЦИК вновь напомнила президенту про муниципальный фильтр

Блог | Аркадий Любарев
Член Совета движения «Голос»

В открытой части встречи с президентом Элла Памфилова сказала: «Владимир Владимирович, у меня есть несколько вопросов, которые хотела бы предметно обсудить, в частности судьбу муниципального фильтра». 

Что именно хотела сказать Элла Александровна президенту о муниципальном фильтре, мы не знаем. Гадать не будем. Просто попробуем вспомнить всю историю.

Муниципальный фильтр был введен весной 2012 года вместе с восстановлением губернаторских выборов. Эксперты и политики начали критиковать его сразу же, поскольку дефекты были заметны еще до его применения. А после первого же применения на выборах в октябре 2012 года критика была подтверждена конкретными фактами. Даже вполне провластный Институт социально-экономических и политических исследований (ИСЭПИ) сразу же начал предлагать скорректировать фильтр. Но за восемь прошедших лет его не изменили ни на йоту.

Критике подвергались все три основных параметра фильтра:

  • высокая доля подписей от числа депутатов и избранных глав — от 5 до 10%;
  • высокая доля географического охвата для подписей депутатов верхнего уровня — не менее ¾ муниципальных районов и городских округов;
  • запрет депутатам поддерживать более одного кандидата.

Со временем стало понятно, что именно второй и третий параметр являются критичными, и в первую очередь они создают ситуацию, когда фильтр невозможно преодолеть без согласия региональной администрации. Ситуацию, когда главный кандидат фактически решает, кто будет его соперниками на выборах.

Среди тех, кто критиковал муниципальный фильтр, была и председатель ЦИК Элла Памфилова. А также лидеры оппозиционных партий — от КПРФ до «Яблока». Но решение вопроса, естественно, было в руках «Единой России» и Администрации президента. А они явно давали понять, что их ситуация устраивает.

Наконец, в феврале 2019 года на заседании рабочей группы при Администрации Элла Памфилова предложила вариант, который ей казался компромиссным: максимальная общая доля подписей снижается с 10 до 5%, максимальная доля подписей депутатов верхнего уровня — с 10 до 7%. Географический охват и запрет на вторую подпись не были затронуты.

Представители «Единой России» и Сергей Кириенко с этим предложением согласились. А лидеры оппозиции его не поддержали, сочтя, что оно принципиально ничего не изменит. Так что это был не компромисс власти с оппозицией, а компромисс «Единой России» и АП с Памфиловой.

Но дальше история пошла совсем удивительным образом. Договоренность, достигнутую на рабочей группе, никто не стал реализовывать. Ни «Единая Россия», ни АП, ни ЦИК. Но при этом всю вину пытались свалить на оппозицию. Мол, она заинтересована, она и должна шевелиться. Но оппозиция как раз не была сильно заинтересована, так как понимала, что для нее и 5% неподъемны, если не смягчат два других параметра.

Тем не менее, депутаты от ЛДПР законопроект внесли. Правда, внесли слишком поздно для того чтобы рассчитывать на изменения к единому дню голосования 2019. Но к ЕДГ-2020 его можно было принять без каких-либо проблем. Но не приняли. И представители «Единой России» стали откровенно говорить, что им смягчение фильтра невыгодно. А представители АП делают вид, что они тут ни при чем.

Надо отдать должное Элле Александровне: она с поражением не смирилась. И про фильтр продолжает говорить. Вот, например, ее недавнее интервью:

«Специально подчеркиваю, мое личное мнение — и его поддержало большинство членов ЦИКа — фильтр надо снижать. Уже был найден консенсус с „Единой Россией“ на рабочей группе в администрации президента — снизить до 5%, но тогда не получилось. Сейчас анализ по тем регионам, где высокий фильтр, есть, так что продолжу свои усилия. Потому что или новый состав Думы, или еще этот, надеюсь, все-таки дойдет до того, чтобы снизить этот фильтр федеральным законом».

И вот в продолжении этого заявления — разговор с президентом. Повторю: не хочу гадать, что она сказала президенту. Но хочу понять, на что можно рассчитывать, идя этим путем.

Добиться выполнения договоренностей, достигнутых более полутора лет назад? Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Просить президента, чтобы он заставил свою АП и «Единую Россию» выполнить старые обязательства? И в конечном счете добиться решения, которое ничего принципиально не изменит. 

Пойти еще на уступки душителям конкуренции? Скажем, снизить обе доли только до 7%. И получить типичную для «любителей компромисса» ситуацию — решение, которое никого не устраивает.

Или все-таки попытаться реализовать более радикальные предложения? Это было бы заманчиво. Да только как этого можно добиться, если постоянно рассказывать президенту, какой у нас замечательный уровень конкуренции, в том числе и на губернаторских выборах? Как можно после таких рассказов убеждать президента, что тут надо что-то радикально менять?!

Посмотрим, конечно, что получится — и получится ли что-нибудь. Пока в положительный результат верится с трудом.